ukrpunisher (ukrpunisher) wrote,
ukrpunisher
ukrpunisher

Дневники Карателя

Сегодня двадцать шестая годовщина Независимости Украины. И четвертый год войны. Вдумайтесь в эти слова. Тысячи погибших, десятки тысяч, сменивших удобные офисные кресла на автоматы и пулеметы. Сотни тысяч, отдающих последнее в помощь фронту. Война явная на "передке", и тайная, о которой мало кто знает, безпрерывно идущая в сердце Украины. Но от того, не менее страшная. "Дневники Карателя" - это краткое описание той, другой, тайной войны. Воспоминания о том, как все начиналось. Как постепенно менялась жизнь обыкновенного человека. Такого, как мы с вами. Прочтите, возможно, в Стрелке вы узнаете себя, кого нибудь из друзей или знакомых.

Тетрадь первая
Карать - это дело почетное тоже. . .
Введение
"Каратель есть существо с тысячью лиц." (выдержка из Энциклопедии Карателей, 2014 - 2017 г.г., издание дополненное, исправленое)
Стать Карателем в Украине легко. События зимы, а потом и весны 2014 года открыли широчайшие перспективы перед населением этой, в общем-то, абсолютно мирной страны, создав множество предпосылок для превращения обыкновенных homo pofigisticus в полчища мускулистых, подтянутых и злобных Карателей. Грех было не воспользоваться открывшимися возможностями! Толпы вчерашних врачей, бизнесменов, фермеров и менеджеров младшего звена бросились в объединенные военкоматы, стремясь не опоздать к разбору автоматов Калашникова первой категории хранения. Где и столкнулись с жесткой конкуренцией в лице занявших очередь с ночи таксистов, трактористов и прочей "мазуты".
Как и следовало ожидать, автоматов первой категории на всех не хватало. Так же, как не хватало обмундирования и амуниции, полевых кухонь и адекватных Карателей - командиров. Пэтому до мест проведения карательных операций часто добирались в растянутых на коленях трениках, беговых кроссах и своим ходом. Были даже такие, что ехали "на полный голяк", без мобилизационных документов и орудий производства. А в последствии, самоорганизовавшись и получив к основному статусу почетную приставку "доброволец", успешно карали в составе так называемых "добробатов", объединивших под своими знаменами самых непримиримых и жестоких Карателей.
  Но так повезло только тем, кто успел занять очередь к военкому до 10.00. Остальным, как казалось тогда, путь в Каратели был закрыт, если не навсегда, то, по крайней мере, до объявления следующей волны мобилизации. Часть опоздавших отправилась в городские парки и спрортзалы растряхивать пивные животики и наращивать рельефную мускулатуру, а часть, не сумевшая смириться с поражением, принялась таскать в зону проведения карательной операции нижнее белье, списанный и закупленный подешевке в Европе армейский камуфляж, подсумки и прочую военную мелочевку. Приобретала за свои деньги планшеты и разрабатывала программы поправок для минометов и 152 мм гаубиц, что позволило Карателям - артилеристам адресно карать "мирное население юго-востока Украины", замеченное в ношении трехцветных тряпок и плакатов с надписями "Путин ввиди вайска".
  Каратели - волонтеры, словно неутомимые муравьи, тащат на фронт мобильные прачечные, тепловизорные прицелы и антиматериальные винтовки зарубежного производства, умудряясь сертифицировать эти малокалиберные пушки, как "охотничьи карабины на крупную дичь". И в этом есть толика здравого смысла, вряд ли кто из Карателей назовет вражеский БМП мелочевкой. Хорошим тоном считаются фотографии любимых рядом с поверженной бронетехникой сторонников "русского мира" или на фоне знаков "Славянск", "Ясиноватая", бережно установленные на рабочем месте, рядом с семейными снимками. Как фото хрупких женщин и солидного вида мужчин в сползающих на глаза касках и бронежилетах, на фоне погранпереходов Шигини или Рава - Руська, на память из 14 - го года. (Небольшое пояснение для тех, кто не в курсе. Закупать армейскую экипировку в Польше можно было, а вывозить бусиками - нельзя. Только для собственных нужд. Обошли мы это ограничение весьма остроумно. К погранпереходу подъезжал автобус, битком набитый имеющими действующие польские визы людьми. Останавливался у пешеходного перехода, а дальше - дело техники. Цепочка людей с пустыми руками туда, а обратно - в каске, броне, разгрузке и с здоровенным армейским рюкзаком за плечами. Видели бы вы глаза польских погранцов и таможенников! Но ничего, со временем привыкли)
  Так и повелось в Украине. Одни берут штурмом города, обрушивают на головы противника шквальный огонь ствольной и реактивной артиллерии, ценой собственной жизни сдерживая расползание заразы, именуемой "русский мир". Вторые, рискуя ничуть ни меньше первых, везут на фронт купленные на собранные деньги киевские торты и патроны к снайперским винтовкам, передвижные операционные и китайские квадрокоптеры, оборудованные мощной оптикой и дополнительными аккумуляторными батареями. Причем с киевскими тортами изрядно переусердствовали - завалы из этих кондитерских изделий сохли на "нулях" сотнями килограммов, а многие бойцы навсегда разлюбили сладкое.
Что же объединяет их, таких разных, но неприменно добродушных и открытых? Что заставляет жертвовать покоем, достатком, а, часто и самым дорогим - жизнью? Из за "поребрика" доносится злобное: "Ненависть! Они ненавидят Россию, ненавидят все русское!" Как и ожидалось, ответ неверен. Карателями движит любовь. Любовь у своей стране, родным, близким, друзьям. Сострадание к искалеченным на этой войне, скорбь по павшим.
Запись первая

  Стрелку не повезло. За бурными событиями на Майдане он наблюдал по широкоформатному телеэкрану, висящему в торговом зале автозаправочной станции, и предназначеному исключительно для бесконечного показа рекламных роликов "Кока - Кола". Но кто в январе 2014 года будет смотреть на неестественно веселого Санту, сопровождающего на оленьей упряжке кавалькаду красных, увешанных цветными гирляндами, грузовиков? Пятнадцать минут напряженного пыхтения, крестовая отвертка, три метра медного кабеля и вуа - ля! Вместо закольцованых и надоевших до изжоги роликов на экране появилась картинка Пятого канала. Выпуски новостей, транслировавшихся каждый час демонстрировали картинку, более похожую на отрывки из американских боевиков, нежели на реальные события, происходившие в столице Украины. Тысячи мужчин, волна за волной отбивавающие атаки закованых в броню спецподрозделений милиции. Горящие яркими кострами автозаки и БТРы. Стыдливо прячущие от камер глаза, срочники внутренних войск. Девушки и женщины, стояшие перед стеной из милицейских щитов. Желто - голубые полоски на лицах, крики "Слава Украіні", звенящие в промерзшем насквозь январском воздухе. Дым от горящих шин и видеорепортажи из самоорганизованых медицинских пунктов, где волонтеры оказывают помощь пострадавшим во время столкновений. С передвижной сцены звучат композиции "Океана Ельзы" и Ляписа Трубецкого, вперемешку с распоряжениями коменданта по обороне Майдана.
  На время выпуска новостей в торговый зал АЗС набивалась толпа дальнобоев, кофейный аппарат работал на полную мощность, выдавая на гора литры бодряшего напитка. Люди смотрели на экран и каменели лицами. Стрелок проходил по залу, перекидываясь короткими фразами то с одним, то с другим посетителем. А возвратившись домой, до поздней ночи листал страницы новостных сайтов, перечитывал аналитические выкладки и прогнозы экспертов.
Город преобразился. На центральной площади появилась старая армейская палатка, в которой молодые ребята, с красными от недосыпа глазами, принимали теплые вещи, продукты и медикаменты для стоящих на Майдане людей. А рядом, на древней школьной доске ежедневно обновлялись списки необходимых вещей, время и и место выезда в Киев очередной группы поддержки. На основных трассах, ведущих в город, появились самодельные блоки из старых автомобильных покрышек и мешков с песком. На них днем и ночью дежурили молодые ребята с красно-черными повязками на рукавах и темными от усталости лицами. Один из блоков располагался в здании заброшенного поста ГАИ, метрах в шестидесяти от автозаправочной станции, на которой работал Стрелок. Ребята часто заходили на АЗС за кофе и водой, воспользоваться душем или просто погреться. Стрелок тоже ходил в гости, таская пацанам горячую мивину в судках, сигареты, да и чего греха таить, пиво. Под это пиво обсуждали революцию, шансы на победу и что будет дальше. В победе никто не сомневался, хотя и понимали, что будет сложно. Спустя неделю Стрелок первый раз остался на ночное дежурство, подменив простывшего, кашляющего как старый рудокоп, Бодю.
  Ночь прошла спокойно, а вечером следующего дня, закончив работу, Стрелок отправился в офис городской самообороны. Предъявил паспорт, заполнил анкету и стал полноправным членом новосозданной организации по охране общественного порядка. Тут же, в офисе, подключился к местной сети Zello. Удобнейшая, надо сказать, штука. Радиостанции были далеко не у всех, да и в условиях города "били" не дальше трех километров. А тут нажал кнопку - и моментально вышел на диспетчера, который имеет надежную связь со всеми блоками и мобильными группами. Да, да, были и такие. Милиция в те тревожные времена старалась не показываться на улицах города, а с наступлением темноты легче было докричаться до Альфа Центавры, чем до ближайшего патруля.
Стрелка переполняло чувство собственной полезности. Ночами, с нуля часов до пяти он патрулировал город в компании таких же волонтеров, когда на машине, когда пешком. Гоняли пьянных, задержали нескольких, распоясавшихся от полной безнаказанности гоп-стопщиков и домушников. И каждый раз мучительно долго накручивали круги по городу, пытаясь сдать задержанных в отделение. Хоть в какое нибудь! Дежурные не открывали двери, ссылались на отсутствие начальства и с лету придумывали ворох причин для отказа. Одного, самого тихого домушника, даже отпустили на все четыре стороны, предварительно настучав по шее и взяв клятвенное обещание пересмотреть свой жизненный путь. Около шести утра, пошатываясь от усталости и недосыпа, Стрелок заходил на городской майдан. В армейской палатке дежурившие в ночь девочки - студентки готовили крепкий бесплатный кофе, которым угощали все заходившие "на огонек" патрули. Грея замерзшие руки о пластиковый стаканчик, Стрелок замирал перед панорамным экраном, вслушиваясь в слова журналистов, ведущих он-лайн репортажи с главной площади страны. В холодных предрасветных сумерках мелькали горящие шины, разбрасывали разноцветные брызги направленные в строй "Беркута" феерверки, вспухали жидким огнем бутылки с зажигательной смесью. Шеренга людей передавала метателям булыжники с разобранных мостовых, а по ним бил струей ледяной воды милицейский водомет. Откормленные рожи "правоохранителей", едва вмещавшиеся в штатные "Сферы", и измучанные, избитые люди с вывернутыми за спину руками. Студенты второкурсники, держащие на вытянутых руках грубо сколоченные деревянные щиты. Боль и надежда в глазах. В душе Стрелка вскипала дикая, всепоглощающая ярость.
  А однажды, когда Стрелок отсыпался перед очередным дежурством, тревожной трелью зазвенел телефон. Спросонок нашарил на прикраватной тумбочке трубку мобильного:
- Алло?
- Собирайся, через двадцать минут буду у тебя. ВэВэшники хотят наших хлопцев, срочников, на разгон Майдана везти. - Голос в динамике звенел от напряжения. Сонливость сняло, как рукой.
- Что брать? - Стрелок лихорадочно елозил ногами по паркету, стараясь нащупать тапки.
- Ничего не надо. Будем блокировать часть, чтоб машины выехать не смогли.
  Позже, трясясь на пассажирском сидении старенькой "восьмерки", Стрелок узнал, что срочников уже несколько дней держали в режиме боевой готовности. А вчера завезли спецсредства и распечатали арсенал. Неделю назад, общим приказом по части, обязали рядовой и младший офицерский состав сдать мобильные телефоны, но несколько ребят успели хорошо спрятать свои трубки. Они то и держали в курсе событий родных, а от тех информация поступала к гражданским дружинам. И вот, сегодня "на волю" пришла короткая SMS ка: "На Киев, в 22.00".
  Когда Стрелок, наконец, добрался до места расположения части, перед воротами части уже бурлила толпа неравнодушных жителей Города. Семьи срочников, друзья и друзья друзей. Активисты дружин с нарукавными повязками, люди, приехавшие с Майдана, и только планировавшие там побывать. Старики и юноши, мужчины и женщины. Ворота надежно заблокированы двумя старыми грузовыхми автомобилями и побитой жизнью маршруткой. Чуть дальше стояли запаркованные прямо на дороге легковые автомобили, начиная от древних "копеек" и заканчивая "Крузерами" и "Мерседесами".
В половину десятого из глубины части к воротам приблизилась группа из пяти человек. Вооруженные и "упакованные" в бронежилеты и шлемы. Карманы разгрузок плотно набиты бакелитовыми "рожками" и чем то, отдаленно напоминающим то ли сигнальные ракеты, то ли светошумовые гранаты - в скудном свете двух прожекторов Стрелок видел неважно. Двое заняли позицию на КПП части, а трое остановились, не доходя метров пятнадцать до сваренных из толстой арматуры ворот. Один из трех, кругленький и мордастый, окинул злобным взглядом толпу, набрал побольше воздуха и заорал.
- Приказываю очистить территорию! Все, препятствующие выезду автотранспорта будут арестованы за государственную измену! Живо прочь!
Толпа отозвалась глухим ворчанием. Люди приблизились к воротам, ни территорию части полетели наспех слепленные снежки, куски старого льда и мелкие камни. В тот момент Стрелок горько пожалел об оставленном дома АКМС, приобретенном несколько лет тому в качестве охотничьего карабина.
Стоявшая по ту сторону ворот тройка шарахнулась назад, туда, куда не долетали снежки и щебень.
- Приказываю разойтись! Немедленно! Иначе, мы будем использовать спецсредства! - не прекращал надрываться оправившийся от первого испуга "колобок". В ответ из толпы полетели пустые бутылки, усеивая черный асфальт сверкающими в свете прожекторов осколками. Троица отступила еще на несколько шагов, дежурившие около КПП вояки спрятались за бетонными стенами постройки. "Колобок", вынув из кармана мобильник, переговаривался с кем то невидимым. Закончив разговор, отдал несколько коротких приказов стоящим рядом сверхсрочникам. Оба синхронно кивнули, и легкой рысью направились к воротам, на ходу расстегивая карманы разгрузочных жилетов. Еще несколько секунд, и в толпу полетели шипящие цилиндры. Яркая, выжигающая сетчатку, вспышка и громкий металлический звук, как будто взорвалась большая петарда. Толпа отступила, стремясь уберечься от разлетающихся во все стороны огненных искр. А в глубине территории части взревела двигателями колонна тентованных машин, набитых под завязку перепуганными солдатиками.
На четвертом броске "сверчки" облажались. Граната, брошенная в толпу, отразилась от длинного штыря, приваренного к стойке ворот, и упала на крышу примыкавшей к КПП хозяйственной пристройки. Вспышка, грохот взрыва, и покоробившиеся от времени листы толи занялись, как сухая солома. Спустя несколько минут огонь перекинулся на будку контрольно - пропускного пункта. Прятавшиеся за его стенами "сверчки" в панике бросились вглубь части, прямо навстречу неспешно выруливающей к воротам колонне.
Головная машина на малом ходу врезалась в ворота, прогнула створки, и, надсадно взревев мотором, заглохла, блокируя проезд колонне. Из кабины выскочили водитель и сопровождающий офицер. Несколько мгновений они смотрели на расползающийся по пристройке огонь, а потом, не сговариваясь, рванули в сторону высаженных по краям дороги кустов. Из машин спрыгивали на темный асфальт срочники и скрывались в темноте. Стрелок подумал, что у них есть на примете несколько запасных выходов, использовавшихся для хождения в "самоволку".
В ту ночь Стрелок так и не спал. Бурлящий в жилах адреналин напрочь прогнал усталость, наполняя тело необычной легкостью. Незнакомые люди обнимались, хлопали друг друга по плечам, обменивались адресами и телефонами для будущих встреч. Несколько молодых парней с гордостью демонстрировали прожженные штаны и куртки, многие делали групповые селфи на фоне догорающего КПП. В Городе занимался новый день.
Tags: #Украина;, #война;, #независимость
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments